vibrators for sale women sex toys best sex toys Best vibrater lesbian sex toys male sex toys vibrators for sale bondage gear adult products vibrater bedroom toys women toys bondage toys toys for adults sex toys vibrators for women cheap vibrators toys adults toys for couples lesbian toys male toys adult vibrators adultsextoys dick toys female toys quiet vibrators rabbit toys couples toys silent vibrators strap on toys masterbation toys buy strap on glass toys rabbit vibrater toys woman adult female toys toy saxophone

best rabbit vibrator for sale good vibrators for adult wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women wigs for women good vibrators for women best rabbit vibrator for sale
Интервью В Саратове 99-го года - Алексей Слаповский

Интервью В Саратове 99-го года

1999 г.

Интервью в Саратове

- А.И., что вас, как писателя, волнует в наше кризисное время?

- То, что и раньше волновало. Кризисные состояния, кризисные ситуации, в принципе, и есть предмет литературы. Об этом в рамках интервью не очень-то поговоришь. Об этом - мои тексты.

- Хорошо. С какими вашими новыми произведениями в таком случае могут познакомиться саратовские читатели?

- А ни с какими. Книга "Анкета", изданная в Петербурге, первым засылом попала в Саратов и тут же была продана. Хорошо бы выкупить еще сотни три-четыре книг, причем издательство по сходной цене отдает, но у меня и на это денег нет, а просить у кого-то не хочу. Причем расклад такой, что тот, кто захотел бы этим заняться, имел бы не только моральное удовлетворение, а и прибыль - три рубля на затраченный один. Но надо иметь этот рубль. Так что привожу книги из Москвы понемногу и дарю друзьям. Сейчас опять одна штука осталась. Далее. Журнал "Огонек" пустил на тридцать номеров мою очерково-эссеистическую "энциклопедию уходящих типов уходящей эпохи" под названием "Российские оригиналы". Десять номеров уже вышло. Но "Огонек" в Саратове практически не продается. Далее. В журнале "Золотой век" две одноактные пьесы напечатаны. В качестве гонорара получил десять номеров, которые опять же дарю друзьям или даю почитать. В таком же положении опубликованные в этом номере Сергей Боровиков и Светлана Кекова (номер вообще волжским авторам посвящен; Москву они интересуют, видимо, больше, чем столицу Поволжья). Далее. Журнал "Дружба народов" публикует мою повесть "Талий". Но этот журнал, как и другие - "Новый мир", "Знамя" и т.п. - имеет сейчас мизерный тираж, хорошо если два-три номера попадут в саратовские библиотеки.

- Получается, извините, что вы есть - и вас нет?

- Именно так и получается.

- Но если Саратов, при помощи, допустим, властей или спонсоров не издает ваших произведений...

- Почему Саратов не издает? В "Волге" только что напечатан рассказ "Кино, которого нет". Правда, тут властями и спонсорами не пахнет. И не надо.

- Учту это как исключение и закончу вопрос. Если вас тут не издают, то помогли хотя бы изданное в родной город доставить. Ненормально же, что писатель, признанный критиками и квалифицированными читателями одним из лучших современных русских прозаиков (драматургии пока не касаюсь), у себя на родине лишен читателя. Неужели нет совсем людей, имеющих кроме власти и денег еще и долю патриотизма?

- Не знаю. Между прочим ваши вопросы заставляют меня вспомнить, что я - должностное лицо.

- Неужели у вас есть должность?

- Еще какая: ответственный секретарь саратовского отделения Союза российских писателей (СРП). Так это официально называется.

- А есть и другой союз?

- Очень даже есть, вовсю есть. Саратовцы в большинстве своем в этих тонкостях не разбираются, постараюсь просто объяснить: в начале девяностых бывший Союз писателей СССР разделился на две части: условно говоря традиционалисты и, опять-таки условно говоря, демократы. Демократическая наша верхушка, на мой взгляд, давно прогнила, развалилась, оказалась беспомощной в организационном отношении. Традиционалисты действют активнее и успешнее. На местах тоже. В  саратовском Союзе писателей     России (СПР) человек шестьдесят или семьдесят (у них массовый прием идет), у нас как было двенадать четыре года назад, так и осталось. Но зато каждый из моих коллег - имя в литературе, и имя не местного значения, об этом я не раз уже говорил. Валерий Володин с его замечательными романами, последний из которых был выдвинут на премию Букера, Светлана Кекова - звезда, как сейчас принято говорить, первой величины поэтического российского небосклона, поэт и альтруист-издатель Олег Рогов, поэт и журналист Марина Бирюкова, замечательный лирик и блистательный филолог Иван Васильцов, переводчик Вадим Михайлин, давший российскому читателю Даррелла, книги которого после публикации в "Волге" вышли, само собой, не в Саратове - и весьма высоко оценены профессионалами и читателями, Сергей Боровиков, - только что в "Знамени" была его очередная публикация... Можно и еще перечислять.

- А в том союзе кто? Или вам положение не позволяет критиковать их?

- Угадали. А практически - я пытался ходить к чиновникам и на пальцах объяснял им. Я объяснял на таком примере. Было время, церковь отделили от государства. Ну и ладно. А потом приблизили. Государственной религии не появилось, но всем конфессиям даны равные права. Грубо говоря, наши два союза - две равноправные литературные конфессии. Или уж вы наплюйте на нас откровенно и одинаково - или помогайте поровну. По числу едоков хотя бы.

- И какова была реакция?

- Никакой не было. И я, честно говоря, пренебрег должностными обязанностями. Помещением бывшего союза безраздельно владеет тот союз - я помалкиваю. Им выделяют какие-то средства - я помалкиваю. Полагаю, моим коллегам пора меня снимать с должности и назначить более бойкого человека, радеющего за общее благо.

- И все-таки, прямой вопрос: вы считаете писателей из "другого" союза плохими?

- Знаете что, а вы решите сами, если у вас литературный вкус есть. Почитайте информационный бюллетень "Литературный Саратов", почитайте там юбилейные стишки, посвященные друг другу, отрывок из произведения одного автора, в котором героя-селянина зовут Федор Аяцков, найдите номер "Новой Волги", первый и последний. А тут еще появляется альманах "Саратов литературный", такое, кажется, название будет. Я вам скажу только как должностное лицо: не менее десяти нынешних членов этого союза сперва просились к нам. Мы вежливо отказали ввиду явной литературной несостоятельности. Там - приняли. А теперь посмотрим, что происходит. Афористичную строчку: "Талантам нужно помогать, бездарности пробьются сами", - помните, конечно?

- Всегда сомневался в ее правоте.

- И правильно делали. Таланты у нас именно сами пробиваются, а если им и помогают, то свои же люди. Олег Рогов чуть ли не вручную издает стихотворные сборники. "Волга" издает сама себя, не беря у города не копейки, изредка прося хотя бы льгот по коммунальным, налоговым, различным муниципальным и районным платежам. Печатают нас в Москве, в Питере, за рубежом - не как побирушек, не в виде гуманитарной помощи, а с полным уважением.

-  А у нас дома, получается, помогают бездарностям?

- Вы профессионально вызываете меня на откровенность. Бездарности или нет - читатели пусть решают. Собственно говоря, половина из них по причине пенсионного возраста уже давно ничего не пишет. Половина другой половины пишет, но никто не печатает. А оставшаяся половина умудряется что-то издавать за собственный или казенный счет. Главное, большинство как были, так и остались советскими писателями с единственным освоенным им творческим методом социалистического реализма.

- Но власть-то наша местная их признает и любит? И изредка деньжонок подбрасывает?

- Получается так.

- Парадокс получается! Если они советские, они должны быть в оппозиции власти! Разве не так? То есть: власть своих противников пригревает?

- А вот тут-то и собака зарыта. Потаенные думки властителей, заветное в их душе познается не по их публичным выступлениям и даже не по делам их, ибо часто дела - всего лишь политика. Даже закон наш о земле, о котором столько много шума, в первую очередь - политика. А вот заветное, сокровенное узнаете как раз по таким вот предпочтениям: кого любят, кому руку протягивают. И я об отношениях с властными структурами - министерством печати ли, культуры ли, аппаратом губернатора или мэра - заговорил вовсе не для того, чтобы что-то у них просить. Обойдемся. Выживем. Я хочу всего лишь обратить внимание читателей на эту вот странноватую закономерность предпочтений.

- Я бы сказал: страшноватую - если речь идет о заветных думах власти. Да... А ведь хотелось о творчестве поговорить, о замыслах, об идеях...
- Поговорим еще!

    В виде комментария:
"В эту ночь Юра долго не мог заснуть. Подумать только: ведь у него был теперь свой, настоящий красный галстук! Еще не вступив в пионеры, он уже сегодня был счастлив и ему очень хотелось стать хорошим пионером. Он верил, что обязательно им станет."
    Это проза. А вот из пьесы:
"В е р а. Ну так что, Андрей, со школой делать будем? Впервые в стране делаем автоматическую линию полированного стекла. И ребята, конечно, интересуются реконструкцией производства и спрашивают, что это такое?"
    Обе цитты по книге В. Пичугина "Очередь за счастьем", Приволжское книжное издательство, 1998 г. (одна тысяча девятьсот девяносто восьмой год). Офсет. Твердая обложка, переплет. Тираж 3 (три) тысячи экземпляров.
    Вопрос к читателям: угадайте, из какого союза этот автор?